Автор работы: Пользователь скрыл имя, 09 Апреля 2014 в 15:59, шпаргалка
1. Положение в отечественной лингвистике после Октябрьской революции.
Советское языкознание не было однородным ни по методам лингвистического анализа, ни по взглядам на язык. Некоторые талантливые российские учёные И.А. Бодуэн де Куртенэ. Р.О. Якобсон, Н.С. Трубецкой, Виктор Карлович Поржезинский, Макс Юлиус Фридрих Фасмер (1886 - 1962), Сергей Осипович Карцевский после революции эмигрировали из России. В 1920 - 1930-е гг. ещё были возможны контакты с зарубежными научными центрами. Г.О.Винокур, Н.Ф. Яковлев, Е.Д.Поливанов поддерживали связи с Пражским лингвистическим кружком и вели структуральные исследования. Часть ученых осталась верна идеям младограмматизма.
1. Отечественная лингвистика после Октябрьской революции.
2. Петербургская лингвистическая школа в 1920 - 1950 гг.
3. Московская лингвистическая школа в 1920 - 1950 гг.
4. Новое учение о языке Николая Яковлевича Марра.
5. Стадиально-синтаксическая концепция И.И.Мещанинова.
6. Дискуссия 1950 г. на страницах газеты «Правда».
Во время резких нападок на индоевропеистику, которая была объявлена последователями Н.Я.Марра буржуазной наукой, стоящей на службе у фашизма, Поливанов отстаивал принципы компаративистики.
Е. Д. Поливанов активно участвовал в языковом строительстве. С 1921-го по 1926 г. и с 1929-го по 1937 г., до самого ареста, Поливанов работал в Средней Азии, где изучал местные языки: узбекский, казахский, дунганский, бухарско-еврейский. Он написал грамматику китайского языка, создал дунганский алфавит. Результаты своих научных наблюдений в период работы в Средней Азии он изложил в двухтомном «Введении в языкознание для востоковедных вузов».
Поливанов занимался общей теорией языка. Особенно его интересовала проблема языковых изменений. Индоевропеистика XIX в. не смогла дать научное объяснение причин звуковых и семантических изменений. Поливанов, как и Соссюр, видел противоречие в развитии языка. С одной стороны, чтобы старшее и младшее поколения понимали друг друга, язык должен сохранять стабильность. С другой стороны, в языке постоянно происходят сдвиги. Эти немногочисленные изменения накапливаются несколько веков или даже тысячелетий. Причину этих изменений Поливанов видит в коллективно-психологическом факторе - в «лени человеческой», или другими словами, в «стремлении к экономии трудовой энергии». Слушающий, наоборот, заинтересован в том, чтобы лучше понять, поэтому он ограничивает «лень» говорящего. Но тем не менее изменения происходят: упрощаются система склонения, система спряжения, сокращается протяжённость морфем, утрачиваются звуки.
Социально-экономические факторы могут влиять на язык и вызывать в нём изменения только опосредованно, через лексику и фразеологию. Никаких языковых революций, о которых писал Марр, Поливанов не признавал.
Точно так же он не мог принять концепцию Марра о смешении языков как единственном факторе их развития. Вслед за Бодуэном Поливанов считал, что языки развиваются конвергентно-дивергентным путем.
В статье «За марксистское языкознание» (1931) Поливанов пишет, что изменения в языках происходят независимо от воли их носителей и незаметно для них. Поэтому никакими декретами повлиять на жизнь языка не удастся: «Для того чтобы в языке произошло то или иное фонетическое или морфологическое изменение, совершенно недостаточно декретировать это изменение, то есть опубликовать соответствующий декрет или циркуляр». В то же время Е.Д.Поливанов не исключает разумного вмешательства лингвистов в жизнь языка. Он считает, что лингвистика должна состоять из изучения прошлого (историологии), настоящего и будущего (прогностики). Изучая прошлое, лингвист должен быть предельно объективным, опираться только на факты и не допускать произвольных бездоказательных гипотез. Занимаясь настоящим, лингвист должен вести себя как «реальный строитель», как «эксперт в строительстве» современных языковых и графических культур. Изучая будущее, лингвист должен быть «языковым политиком», который владеет «прогнозом языкового будущего» в интересах языкового строительства. Лингвист обязан вмешиваться в языковое развитие там, где это необходимо. Так, в послереволюционные годы необходимо было вмешаться в графику и орфографию, потому что от их рационализации «зависит громадная экономия времени и труда начальной школы, успехи ликвидации неграмотности, а, следовательно, вообще всё дело культуры данной национальности». Сознательное вмешательство, считал Поливанов, допустимо в словарном деле, в формировании норм литературного языка.
Научное наследие Е.Д.Поливанова во многом было безвозвратно утрачено после его гибели.
3) Виктор Владимирович Виноградов.
Виноградов Виктор Владимирович (1894—1969) |
Ученик Л. В.Щербы и А.А.Шахматова Виктор Владимирович Виноградов (1895 - 1969) относится ко второму поколению Петербургской (Ленинградской) лингвистической школы. В.В.Виноградов закончил духовную семинарию в Казани, затем учился в Петербургском университете. С 1920 г. он начинает преподавать в Петроградском (Ленинградском) университете. В 1923 г. он опубликовал работу «О задачах стилистики. Наблюдения над стилем Жития протопопа Аввакума», которая стала началом его стилистических исследований. Виноградов способствовал становлению стилистики как особого раздела языкознания. Он считал, что стилистика должна отстаивать нормы русского литературного языка, противодействовать засорению русской речи диалектизмами, канцеляризмами, вульгаризмами, заниматься вопросами культуры речи.
В конце 1920-х гг. В.В.Виноградов переехал в Москву, где создал собственную научную школу, дискутировавшую с Московской школой.
Виноградов занимался проблемами общего языкознания, стилистики, синтаксиса, морфологии, лексикографии. Он был филологом в широком смысле слова.
Виноградов разработал курс истории русского литературного языка, и до сих пор одним из лучших пособий по этой дисциплине остаётся его монография «История русского литературного языка XVII - ХIХ в.» (1938). Он поставил вопрос о происхождении русского литературного языка и предложил оригинальную теорию о двух типах древнерусского литературного языка.
Ему принадлежат исследования по языку Н. В. Гоголя, М.Ю. Лермонтова, А.А.Ахматовой, А.С.Пушкина.
Значительный вклад сделан В.В.Виноградовым в лексикологию и в лексикографию. Он разработал теорию о типах лексических значений, выделив свободные и несвободные, прямые и переносные значения. Участвовал в составлении 17-томного академического словаря русского языка, «Словаря языка Пушкина», написал около 200 этимологических заметок.
Виноградов считается основоположником советской фразеологии. В работах «Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины» (1946) и «Об основных типах фразеологических единиц в русском языке» (1947) он предложил классификацию фразеологических единиц на фразеологические сращения, фразеологические единства и фразеологические сочетания.
В синтаксисе В. В. Виноградов предложил свою теорию словосочетаний, в основе которой лежит разграничение словосочетания и предложения. Словосочетание Виноградов рассматривает как номинативную, а предложение - как коммуникативную единицу речи, обладающую предикативностью.
Его книга «Русский язык. Грамматическое учение о слове» (1947) легла в основу академической «Грамматики русского языка» (1952 - 1954). Новыми в морфологии Виноградова были 1) учение о словообразовании в его отношении к грамматике и лексикологии, 2) учение о модальности, экспрессивности и эмоциональности, 3) учение о взаимодействии лексических и грамматических значений, 4) уточнение классификации частей речи и 5) оригинальная трактовка ряда грамматических категорий.
Виноградов посвятил специальные работы лингвистическим взглядам М.В.Ломоносова, А.Х.Востокова, Ф.И.Буслаева, А.А.Потебни, И.А.Бодуэна де Куртенэ, А.А.Шахматова, А.М.Пешковского, Л.В.Щербы, Б.А.Ларина и др.
3. Московская лингвистическая школа в 1920-1950 гг.
Московская лингвистическая школа после Октябрьской революции объединяла учёных, которые преподавали в МГУ, МГПИ и работали в научно-исследовательских институтах Москвы: Д.Н. Ушакова, Н.Н.Дурново, Александра Матвеевича Пешковского, Михаила Николаевича Петерсона.
1) Дмитрий Николаевич Ушаков.
Ушаков Дмитрий Николаевич (1873—1942) |
Дмитрий Николаевич Ушаков (1873 - 1942) занимался фонетикой, лексикой, диалектологией, орфографией, орфоэпией. Он написал ряд учебников по русскому языку, опубликовал книгу «Русская орфография» и «Орфографический словарь» (совместно с С.Е.Крючковым). Вместе с Николаем Николаевичем Дурново и Николаем Николаевичем Соколовым Д.Н.Ушаков создал «Диалектологическую карту русского языка в Европе» (1914). Он способствовал введению русской диалектологии в программы высших учебных заведений России, разработал классификацию русских говоров и заложил основы методики сбора диалектных материалов. Более всего он известен как автор четырёхтомного Толкового словаря русского языка (1935 - 1940), где отразилось состояние русского литературного языка от А.С.Пушкина до М.Горького.
2) Николай Николаевич Дурново.
Член-корреспондент АН СССР Николай Николаевич Дурново (1876 - 1937) был специалистом по истории славянских языков. Он написал около 200 научных работ, преподавал в Московском университете. Дурново занимался грамматикой и общей теорией языка, создал первый «Грамматический словарь» (1924).
(1976 – 1937) |
Дурново утверждал, что история языка «не наука об отдельных сепаратных изменениях в языке, а наука об изменении самого языка как системы». Он изучал старославянские и древнерусские памятники, и свои наблюдения над древними языками изложил в книге «Введение в историю русского языка» (1927). Н.Н. Дурново был репрессирован и погиб в 1937 г.
3) Михаил Николаевич Петерсон.
Михаил Николаевич Петерсон (1885 - 1962) был специалистом в области сравнительно-исторической грамматики индоевропейских языков, общего языкознания, грамматики русского языка. Многие годы он преподавал в Московском университете, обучая студентов санскриту, литовскому, французскому языкам. Читал курсы общего языкознания, введения в языкознание. В истории лингвистики он более всего известен работами «Очерк синтаксиса русского языка» (1923) и «Русский язык» (1925). В них Петерсон последовательно применяет формальный принцип классификации языковых явлений, предложенный Фортунатовым. Он строго придерживался разграничения синхронии и диахронии, учитывал системность языка и применял статистические подсчёты для доказательства продуктивности тех или иных конструкций.
Петерсон Михаил Николаевич (1885—1962) |
М.Н. Петерсон создал оригинальное синтаксическое учение. Единицей синтаксиса он считал словосочетание, а сам синтаксис рассматривал как учение о формах словосочетаний и их функциях. Он выделял типы словосочетаний на основе форм словоизменения компонентов и на учёте служебных слов, выполняющих роль «сцепки» в словосочетании. Это была сугубо формальная классификация, и часто в один тип попадали очень разнородные языковые факты. Так, к разряду словосочетаний, в которых отношение между словами выражено родовыми окончаниями, отнесены «Время летело»; «Маша остолбенела»; «Она высока и стройна». Петерсон отказывался рассматривать предложение как один из видов словосочетаний, на чём настаивал Ф.Ф.Фортунатов. Но он абсолютно не принимал и логического определения «Предложения есть выражение логического суждения». Критические высказывания Петерсона способствовали развитию синтаксиса.
4) Александр Матвеевич Пешковский.
Александр Матвеевич Пешковский (1878 - 1933) сначала учился на естественном отделении Московского университета. После исключения из университета за участие в революционных выступлениях студентов он стал заниматься филологией.
Он восемь лет работал учителем в московских гимназиях и каждую свою книгу писал так, как будто вёл диалог не только с учёными, но и с учениками. В его работах всегда слышится особая «учительская интонация». Самая значительная работа Пешковского - «Русский синтаксис в научном освещении», опубликованная в 1914 г. Она предназначалась для школьников и школьных учителей. В то время школьная грамматика полностью находилась под влиянием Ф.И.Буслаева, чьи идеи часто упрощались и вульгаризировались. Части речи выделялись только на основании вещественных значений слов, предложение рассматривалось как мысль, выраженная словами; не проводилось чёткой границы между устной и письменной речью, между историей языковых явлений и их современным состоянием.
В научной и педагогической среде книгу встретили чрезвычайно доброжелательно. За два года до выхода в свет «Курса общей лингвистики» Ф. де Соссюра Пешковский представил синхронное описание грамматической системы русского языка и при этом попытался через грамматику показать «духовную сущность языка». A.M. Пешковский показал, что лексические и формальные значения в слове тесно переплетаются. Основными единицами грамматики Пешковский считает слово и словосочетание. Так же, как Ф.Ф.Фортунатов, он полагает, что предметом изучения морфологии должны быть формы слов, а предметом изучения синтаксиса - формы словосочетаний. Предложение он выводит из понятия словосочетания. Отказавшись от трактовки предложения как выражения логического или психологического суждения, Пешковский считает основным признаком предложения сказуемость, нередко ставя знак равенства между глаголом и сказуемым. Предложения Пешковский понимает как «словосочетания, имеющие в своём составе сказуемое, или указывающие своим формальным составом на опущенное сказуемое, или, наконец, состоящие из одного сказуемого». Однословные предложения он считает особым типом словосочетаний.
В отличие от схематичных построений Соссюра и структуралистов, Пешковский представляет грамматическую систему языка как живую, полнокровную, с «огромным количеством переходных ступеней», как структуру, множеством нитей связанную с лексической системой.
A.M.Пешковский стремился повысить уровень преподавания русского языка в средних и высших учебных заведениях, поэтому написал немало работ методического характера и несколько учебников. Он стремился защитить русский литературный язык от засорения вульгаризмами и диалектизмами, от грамматических и орфоэпических ошибок. В работе «Объективная и нормативная точки зрения на язык» (1923) он проводит чёткое разграничение между нормированным литературным языком и обыденной речью.
Лингвистику Пешковский относил не к гуманитарным, а к естественным наукам, так как она должна быть «объективно-познавательной». Для лингвиста, считает Пешковский, нет в процессе изучения «правильного» и «неправильного» в языке, «красивого» и «некрасивого», «удачного» и «неудачного».
Старшее поколение Московской лингвистической школы активно сотрудничало с Московской диалектологической комиссией, которая разрабатывала программы для изучения говоров, организовала диалектологические экспедиции, занималась созданием диалектологических карт, обсуждала проблемы диалектологии и лингвистической географии.
Ко второму поколению Московской лингвистической школы относятся Григорий Осипович Винокур, Н.Ф. Яковлев, П.С. Кузнецов, Р.И. Аванесов, А.А. Реформатский, В.Н.Сидоров. Они преподавали в вузах Москвы и посещали заседания Московской диалектологической комиссии.